Димон насупился и сказал, что все ему еще спасибо скажут, когда начнут с ветерком ездить на дачу. Папа ему заметил, что дачи ни у кого из нас нет, но Димон сказал, что скоро он на машине начнет «бомбить», вот тогда дача будет. Даже две. Папа сказал, что тогда точно будет дача, но только дача свидетельских показаний. Димон совсем обиделся и от злобы закурил в гостиной, хотя я не разрешала. При этом он стряхивал пепел на ковер, который почемуто загорелся. Хорошо еще, что мама ловко залила ковер средством «Фейри», сказав, что ковер заодно и почистится.

10 июня

Димон явился из гаража счастливый и почти трезвый. На вопрос, чему я обязано подобным счастьем, он заявил, что у машины сегодня первый раз начал крутить стартер. А раз такое дело, значит на ней вообще скоро можно будет начинать кататься. Я поинтересовалась, как он мог начать крутить, если половина двигателя лежит на полу в гостиной. Димон объяснил, что стартер присоединили к другой машине, и он там заработал. Правда, сказал Димон, теперь хозяин той машины обратно стартер не отдает, потому что его стартер так хорошо не работает.
Я неопределенно пожала плечами и спросила, будет ли он ужинать. Димон сказал, что будет, потому что голодный, как лось. Я ответила, что с удовольствием его бы покормила, но нечем, потому что Димон с этой своей машиной уже неделю вообще не ходит в магазины. Димон посмотрел на меня внимательно и произнес какоето непонятное слово. Затем помолчал и произнес еще с десяток непонятных, но явно обидных слов. Я на всякий случай заплакала, а Димон на всякий случай треснул кулаком по столу. Потом мы помирились и даже занялись любовью. Но Димон в процессе меня очень сильно укусил за щеку, после чего всякое желание пропало. И хоть он и объяснил, что от голода, я его так и не простила, поэтому выгнала спать в гостиную. Ночью проснулась, вышла проведать обстановку, смотрю — Димон на кухне отмыл цветок герани от пыли и теперь его лопает.